Америка восстанавливается после долгового кризиса быстрее Европы, но почему?

Америка восстанавливается после долгового кризиса быстрее Европы, но почему?Минуло почти пять лет с тех пор, как на мир обрушился кредитный кризис, а его гнетущие последствия до сих пор сквозят во всем, от жалких данных по объему производства до огромного числа безработных. Но тем, кто жаждет еще более острых ощущений, можно посоветовать прочесть отчет McKinsey Global Institute, посвященный процессу отказа от заемных средств. В нем говорится о том, что во многих развитых странах процесс сокращения долга еще вовсе даже и не начался. В Америке неподъемная долговая нагрузка несколько снизилась, но уменьшение настолько ничтожно, что по сравнению с ростом в период с 2000 по 2008 годы, что вряд ли стоит о нем упоминать. А в большинстве европейских стран долг даже вырос. Таким образом, послекризисный похмельный синдром может затянуться еще лет на десять, а то и больше. События в странах по обе стороны Атлантики развиваются по разным сценариям из-за разной динамики долга в частном секторе. Начиная с 2008 года, государственные займы выросли везде, что привело к увеличению дефицитов бюджета.

Но в Америке рост государственного баланса сопровождался сокращением частных. С 2008 года сократились все категории долгового финансирования в частном секторе - среди компаний и домохозяйств. Задолженность финансового сектора вернулась к уровням 2000 года. Корпорации и так никогда не отличались особой жадностью до заемных средств, но и они сократили объем займов.

Возмещение убытков

Такая же динамика, что немаловажно, отмечается и в секторе домохозяйств. Соотношение долга домохозяйств к доходу в США снизилось на 15% по сравнению с максимумами 2008 года после роста более чем на 30% за предыдущие 8 лет. По данным McKinsey, американские домохозяйства прошли уже чуть больше трети пути своего процесса сокращения долга. Таким образом, они могут излечиться от своего абстинентного синдрома уже к середине 2013 года.

В Европе частный сектор сокращает свои долги менее активно, а, в некоторых случаях, даже наращивает их. В Великобритании задолженность в финансовой отрасли выросла с 2008 года. В Испании корпоративный долг (как доля от ВВП) выше, чем в большинстве развитых стран, при этом не видно никаких признаков его снижения. Но самая большая разница отмечается в секторе домохозяйств. Потребительский долг практически не изменился даже в тех странах, где он взмыл к эверестовым высотам в период кредитного бума, например, в Испании и Великобритании. По мнению аналитиков McKinsey, британским домохозяйствам потребуется еще около десяти лет, чтобы расплатиться с долгами. Это вовсе не значит, что американцы более дисциплинированы или экономны. Потребительский долг сократился в основном благодаря дефолтам, в частности, по ипотечным займам. Американский рынок жилья переживает гораздо более глубокий кризис; в некоторых штатах нерекурсивные правила кредитования облегчают процедуру дефолта (люди могут отказаться от ипотечных долгов, не рискуя потерять другие активы). Две трети от общего снижения задолженности домохозяйств (примерно на 600 млрд. долларов) обусловлено именно дефолтами. Ипотеки на сумму 250 млрд. долларов находятся в стадии лишения права выкупа по закладной. Между тем, в Европе, после того, как лопнул кредитный пузырь, цены на жилье почти не изменились, зато проценты по ипотекам снизились благодаря плавающей ставке по кредитам и стремлению банков идти на встречу. По данным Банка Англии, 12% всех ипотечных займов в Великобритании пользуются отказом банков от применения карательных мер. Меньше людей лишились жилья, но процесс снижения долговой нагрузки может затянуться на годы. Кроме того, сокращение долга в частном секторе США происходит на фоне ослабленной фискальной политики. Региональные правительства и правительства штатов сокращают бюджеты, но на федеральном уровне (по крайней мере, до недавнего времени) никакой фискальной консолидации не наблюдалось. В Европе же бушует кризис государственного долга, а это значит, что правительства добровольно-принудительно сокращают свои раздуты бюджеты, не дожидаясь, пока частный сектор завершит процесс отказа от заемных средств.

Примеры с севера

Северные страны выгодно отличаются своими былыми успехами в вопросах сокращения долга. В отчете McKinsey приводится два наиболее ярких примера: опыт Швеции и Финляндии после банковских кризисов в начале 1990-х. Долг снижался в два этапа. На первом этапе частный сектор избавился от своих долгов; экономика при этом оставалась ослабленной, а уровни гос. долга росли. На втором этапе началось восстановление экономического роста и длительный процесс снижения долговой нагрузки на уровне государства. В обеих странах экономика во многом полагалась на процветание экспортного сектора, чего на этот раз не предвидится. Но Швеция начала сокращать дефицит только после восстановления экономики; Финляндия попробовала преждевременно запустить программу консолидации, чем спровоцировала новый приступ рецессии. Аналитики McKinsey тщательно избегают упоминания о том, что политика фискальной консолидации, насаждаемая в Европе, в корне ошибочна. По их словам, сегодняшние условия отличаются от того, что было в начале 1990-х: европейские правительства стартуют с более высокими уровнями долга и дефицита, что не оставляет им места для маневра. Но суть ясна. Америка ближе к успешной шведской модели выхода из кризиса, чем Европа. Сократить долг, не имея возможности опереться на экономический рост, крайне слжно, а масштабы фискальной консолидации в Европе таковы, что этому росту просто не откуда взяться.

Более того, европейские правительства менее решительно используют возможности структурных реформ, направленных на стимулирование роста, чем северные страны. В отчете говорится о том, насколько радикально Швеция и Финляндия изменили свои экономики под влиянием долговых кризисов. Банки были национализированы и реструктурированы; целые сектора, например, розничный, были выведены из-под регулятивного контроля. Реформы также позволили повысить производительность и увеличить объемы инвестиций. Сегодня никто не спешит с такими мерами. Америка не далеко продвинулась в вопросах структурных реформ, ориентированных на стимулирование роста, кроме того, у нее на руках длинный список неотложных дел, начиная от улучшения качества профессионального обучения и до сокращения затрат на здравоохранение. А вот в Европе потенциальная выгода от структурных реформ огромна, но политики, тем не менее, предпочитают зацикливаться на фискальной консолидации. Но все может измениться. Большая часть Еврозоны переживает рецессию, поэтому структурные реформы приобретают приоритетное значение. Новое правительство в Испании начало с дополнительных мер фискального ужесточения; но сейчас оно намерено ускорить реформу на рынке труда. Итальянский премьер Марио Монти тоже сначала повысил налоги и сократил расходы, но теперь он собирается решить вопрос с профсоюзами. Ангела Меркель, канцлер Германии, также считает, что европейским странам нужно делать акцент на рост. Однако смена политических приоритетов в Европе не спасет страны от роста долговой нагрузки. Грустно, очень грустно.

Добавить комментарий

Материалы по теме