Принцип "спасение утопающих - дело рук самих утопающих" считался одним из столпов

eu-flag69746Принцип "спасение утопающих - дело рук самих утопающих" считался одним из столпов, на которых держится Еврозона. Однако когда в регионе разразился долговой кризис, им пришлось пожертвовать. Греция, Ирландия и Португалия оказались неспособными обслуживать свои огромные долги, поэтому пришлось срочно разработать механизм оказания им финансовой помощи.

Предполагалось, что в обмен на необходимое финансирование страны введут у себя ряд мер, направленных на сокращение государственного долга до приемлемых уровней. Однако сам способ решения долговых проблем в периферийных странах Европы лишь помогает загнать несчастные страны еще глубже в долговую яму. Возьмем, к примеру, Португалию. Ей предоставляется заем на сумму 78 млрд. евро. Это более 47% от валового внутреннего продукта в 2010 году. В результате оказанной помощи государственный долг страны вырастет до 120% от ВВП.


Кто-то, возможно, считает, что такой механизм помогает странам, поскольку официальный заем, хоть и грабительский, но все же основан на более выгодных условиях, чем те, которые приходится обслуживать. Но страны продолжат влезать в долги (ожидается, что к концу 2012 года долг Греции, Ирландии и Португалии в процентном отношении к ВВП будет выше, чем в начале кризиса). Доля долга, принадлежащего официальному сектору, также возрастет (добавится к облигациям, покупаемым Европейским центральным банком, которому, по некоторым данным, уже принадлежит 17% от всех облигаций проблемных стран). Бесконечный рост кучи долгов - верный признак неизбежного дефолта? Не исключено, но не обязательно. Немедленный дефолт может привести к сильным потрясениям на финансовых рынках, потому что на балансе европейских банков осело большое количество долговых бумагиз периферийных стран. Таким образом, европейские правительства предпочитают отсрочить день расплаты. Они  продолжают тратить деньги на поддержание кризисных стран, не решаясь допустить финансовый разлад у себя. Соответственно, игра будет продолжаться, пока поступают европейские и международные деньги (через щедрые вливания Международного валютного фонда). Она основана на странной фантазии, будто-бы периферийные страны столкнулись с временными проблемами ликвидности, а официальное финансирование помогает им провести реформы, необходимые для того, чтобы снова выйти на открытый рынок . Иными словами, предполагается, что страны рано или поздно перерастут свои долговые трудности. Чтобы доказать реалистичность этого сценария, правительства разрабатывают меры по стабилизации государственного долга, которые, однако, никогда не будут реализованы. Сложившаяся ситуация может быть стабильной лишь до тех пор, пока в страны-должники поступают деньги для продолжения игры в притворство.


В этом и заключается главное сходство с пирамидой Понзи. Страны расплачиваются с держателями облигаций при помощи денег, полученных от европейских государств, которые также финансируют оставшиеся первичные дефициты. Когда же выяснится, что страны не способны выполнить условия, требующие фискальной консолидации и структурных реформ, и, следовательно, не могут вернуться на открытые рынки, займы придется продлить и увеличить. Но это Греция, а не республика Чад: кто-нибудь может себе представить, что МВФ прекратит выделять средства, если страна не выполнит поставленных требований? Более того, "государственная схема Понзи" отличается от частной большей гибкостью. В частном секторе пирамида начинает рушиться, когда организаторы больше не могут найти достаточного количества новых инвесторов, чтобы на их вложения выплачивать деньги предыдущим участникам. В государственном секторе такая схема, теоретически, может существовать вечно. До тех пор, пока периферийные страны получают государственное финансирование, их долги могут расти до плюс бесконечности.Но так ли это? На деле препятствие существует. Но оно не финансовое, а политическое. Общественность уже проявляет свое недовольство финансированием схемы Понзи в том виде, в котором она существует, но может пройти еще много времени, прежде чем эти протесты начнут принимать угрожающие масштабы. Совершенно очевидно, что неизбежный дефолт произойдет только если значительные части европейского долга перейдут из частных рук в государственный сектор. Если, конечно, политики не сдадутся. раньше. Как и в случае с финансовой пирамидой, главные убытки понесет "последний инвестор". На этот раз им станет налогоплательщик. Именно ему придется платить по счетам, а вовсе не держателям облигаций, которые приняли неверные инвестиционные решения.


Хорошо это или плохо? Все зависит от того, как оценивать выигранное время. Приведет ли банковский кризис сегодня к более тяжелым последствиям для европейской экономки, чем списание долгов завтра? Или же лучше сегодня посмотреть правде глаза и принять необходимость реструктуризации долга, а не взваливать на плечи налогоплательщиков неподъемное бремя? Решение в любом случае принимать политикам, но лучше бы они называли вещи своими именами. Эвфемизмы хороши на короткое время, но люди в конечном счете распознают в этой модели схему Понзи.


Марио Бледжер

Добавить комментарий